Книжный каталог

Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Новые Приключения Мадикен

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Как трудно быть послушной девочкой! У Мадикен и Лизы ну никак не получается! Обе такие проказницы - ни дня без приключений. То в прорубь упадут, то засунут в нос горошину. Но однажды случилось такое, что и вспоминать страшно…

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Новые приключения Мадикен Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Новые приключения Мадикен 532 р. bookvoed.ru В магазин >>
Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Эмиль и малышка Ида Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Эмиль и малышка Ида 325 р. bookvoed.ru В магазин >>
Линдгрен А. Новые приключения Мадикен Линдгрен А. Новые приключения Мадикен 494 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Малыш и Карлсон, который живёт на крыше Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Малыш и Карлсон, который живёт на крыше 110 р. bookvoed.ru В магазин >>
Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Рони, дочь разбойника. Повесть-сказка Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Рони, дочь разбойника. Повесть-сказка 537 р. bookvoed.ru В магазин >>
Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Мадикен. Мадикен и Пимс из Юнибаккена. Повести Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Мадикен. Мадикен и Пимс из Юнибаккена. Повести 717 р. bookvoed.ru В магазин >>
Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Расмус-бродяга. Повесть Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Расмус-бродяга. Повесть 417 р. bookvoed.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Астрид Линдгрен «Мадикен»

Астрид Линдгрен «Мадикен»

Повесть, 1960 год; цикл «Мадикен»

Начало двадцатого века, Швеция. На небольшом хуторке Юнибаккен живут папа, мама и две девочки — Мадикен и Лисбет, жизнь которых наполнена необыкновенными приключениями. Очаровательная детская повесть Астрид Линдгрен несет в себе автобиографические мотивы и, несмотря на мягкий юмор, полна светлой грусти по ушедшим временам.

По книге «Madicken» сняты фильмы «Madicken på Junibacken» (Швеция, 1979) и «Du är inte klok, Madicken» (Швеция, 1980).

Лингвистический анализ текста:

В планах издательств:

SamAdness, 7 октября 2016 г.

Эта книга — великолепна.

Эта книга — верна.

Эта книга — задорно-озорная.

Эта книга — перенесённое на бумажные листы Волшебство Детства!

Эта книга — проста

Эта книга — сложна

Эта книга — по-правде веселая

Эта книга — пронизана лучиком Солнца

Эта книга — удивительна

Эта книга — поразительна;)

Эта книга — невероятна

Эта книга — глубока до жути.

Эта книга — нежна!

Эта книга — (местами) груба

Эта книга — любвеобильна

Эта книга — (по большому счету) правдива и честна!

ЗЫ. А еще, она — о Любви.

ЗЫЗЫ: единственная (хоть и не совсем прямая) ассоциация — фильм «Мария, Мирабелла»

ЗЫЗЫЗЫ: О-БО-ЖА-Ю этих двух сестричек! О-БО-ЖА-Ю их игры, их маленькие ссоры, их поцелуйные примирения, их огромную и радостную Любовь друг к другу и ко всему Миру!

Авторы по алфавиту:

11 января 2018 г.

Открыта страница книжной серии «Замок Франкенштейна»

11 января 2018 г.

Открыта страница книжной серии «Русская мистика»

10 января 2018 г.

9 января 2018 г.

Открыта страница книжной серии «Луномания»

9 января 2018 г.

Открыта страница книжной серии «Летописи Книгомирья»

Любое использование материалов сайта допускается только с указанием активной ссылки на источник.

Источник:

fantlab.ru

Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Мадикен

www.sanamur.ru Главное меню Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Мадикен. Мадикен и Пимс из Юнибаккена. Повести

Превью к книге Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Мадикен. Мадикен и Пимс из Юнибаккена. Повести. Да и как может быть иначе! Куда одна, туда и другая. Вместе им всегда весело. Мадикен живёт в большом красном доме возле речки. Ведь здесь столько всего интересного: можно купаться, качаться на качелях, играть в крокет, поливать огород и поить молоком ёжика! Лучшего места, чем это, на всём свете не сыскать, считает она. Ещё там живут мама и папа, помощница Альва и малышка Пимс, которая везде и всюду следует за своей старшей сестрой.

Навигация по записям Комментариев: 3 на “ Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Мадикен. Мадикен и Пимс из Юнибаккена. Повести ”

Я считаю, что Вы допускаете ошибку. Пишите мне в PM.

Лифт скрипнул и вкрадчиво продолжил: - Подсознание.

Чтобы разойтись левыми бортами я взял немного вправо, включил отмашку с левого борта и, насвистывая популярную мелодию, ожидая ответа, стал наблюдать, в бинокль за странными манёврами танкера, за кормой у которого стелился черный дым.

Источник:

www.sanamur.ru

Астрид Линдгрен - читать книгу бесплатно

Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Новые приключения Мадикен

Перевод И. Стребловой

Мадикен живет в большом красном доме возле речки. Еще там живут мама и папа, сестричка Лисабет, черный пудель Сассо и котенок Гося. Да еще Альва. Мадикен и Лисабет живут в детской, Альва в комнате для прислуги, Сассо в прихожей, где стоит его корзинка, а Гося на кухне около плиты. Мама живет во всем доме, где угодно, и папа тоже, но только он каждый день уходит в газету, сидит там и пишет, чтобы людям было что почитать.

По-настоящему Мадикен зовут Маргаритой. Но когда она была маленькой, она сама переиначила свое имя. Сейчас она уже большая, ей скоро исполнится семь, но она так и осталась для всех Мадикен. А Маргаритой ее называют только тогда, когда она что-нибудь натворит и ей строго выговаривают за провинность. И называют ее так довольно часто.

Элисабет всегда зовут Лисабет, она не доставляет старшим столько хлопот, и ее гораздо реже приходится отчитывать. Зато у Мадикен на уме одни проказы, а что из них получится, она наперед не думает и только уж после начинает жалеть и раскаиваться.

Мадикен очень хочет быть хорошей и послушной девочкой, но у нее никак не получается!

- Что за ребенок! - говорит Линус Ида. - Больно скора на проказы. Поросенок моргнуть не успеет, а у нее уже - раз, и готово!

Сущую правду говорит Линус Ида!

Линус Ида приходит в дом по пятницам стирать и мыть полы. Сегодня тоже пятница, и Мадикен сидит на мостках и смотрит, как Линус Ида полощет в речке белье. У Мадикен радостно на душе, у нее полный кармашек желтых слив - бери и ешь сколько хочешь. Мадикен болтает ногами в воде и поет Линус Иде песенку:

Снег был на дворе,

Кошка по снегу прошла -

То, мой друг, любовь была,

Рассказала мне она,

Эту песенку Мадикен придумала почти что сама. Кусочек взяла из маминой старой «Азбуки», кусочек - из песни, которую за стиркой всегда поет Альва. Песенка получилась что надо и очень подходящая - как раз чтобы под нее полоскать белье и есть сливы. Но Линус Ида думает иначе.

- Это что еще такое! - говорит она. - Неужели ты не знаешь хороших песен, чтобы спеть по-людски?

- По-моему, это хорошая песня, - говорит Мадикен.

Но Идины песни лучше!

- Идочка, миленькая! Спой, пожалуйста, про железную дорогу Иисуса Христа, по которой едут в рай.

Но Линус Ида отказывается петь, когда полощет. Не хочет - и ладно! Потому что, как ни любит Мадикен песню про железную дорогу Иисуса, она никогда не может слушать ее без слез. Вот и сейчас - только Мадикен о ней подумала, как притихла и на глаза у нее навернулись слезы. Это очень грустная песня про девочку, которая думала, что можно сесть на поезд и поехать на небеса, а там бы она встретила свою маму, которая умерла. Нет, сейчас Мадикен и думать об этом не хочет! У Линус Иды все песни такие печальные. Мамы в них умирают, и тогда папы возвращаются домой и ужасно раскаиваются, и клянутся, что больше никогда не будут напиваться пьяными. да уже поздно - раньше надо было спохватываться!

Мадикен тяжело вздыхает и принимается за следующую сливу. Ах, как она рада, что ее мама жива и что она, как и прежде, живет в их красном домике! Каждый вечер, ложась спать, Мадикен после обычной молитвы прибавляет от себя еще одну - о том, чтобы они с Лисабет, и мама, и папа, и Альва, и Линус Ида отправились бы на небо сразу все вместе. Хотя лучше всего было бы вообще никуда не отправляться, потому что им и тут всем очень хорошо живется. Но об этом Мадикен не решается просить Бога, а то как бы он еще не рассердился!

Линус Ида любит, чтобы над ее песнями плакали.

- Слушай, Мадикен! Слушай хорошенько! - приговаривает Линус Ида. - Будешь, по крайней мере, знать, как плохо живется бедным детям, не то что тебе. Ты-то у родителей как жемчужинка в золотой оправе.

Мадикен и впрямь живет, как жемчужинка в золотой оправе. У нее есть и мама, и папа, и Лисабет и Аббе Нильссон, и живет она в Юнибаккене. Лучшего места, чем это, нигде на свете не найдешь! Если бы кто-нибудь попросил Мадикен описать, как оно выглядит, она бы, наверно, ответила приблизительно так:

«Ну, обыкновенный красный дом. Просто дом как дом. Самое лучшее в нем - кухня. Мы с Лисабет играем в дровяном чулане, а еще мы помогаем Альве, когда она печет. Впрочем, нет! Лучше всего - на чердаке. Мы с Лисабет играем там в прятки, а иногда наряжаемся каннибалами и играем, будто мы людоеды. На веранде тоже здорово. Там мы играем в пиратов и лазаем через окно, как будто это корабль и мы карабкаемся на мачты. Вокруг дома у нас растут березы, я по ним лазаю, а Лисабет не может - она еще мала лазать по деревьям, ей только пять лет. Иногда я забираюсь на крышу дровяного сарая. У забора рядом с участком Нильссонов стоит длинный красный дом, там у нас дровяной сарай и столярная мастерская, и прачечная, и комната с катальным станком для белья. Если забраться на дровяной сарай, то видно, что делается в кухне у Нильссонов. И еще бывает очень весело крутить катальный станок, когда Альва и Линус Ида катают белье! Ну а лучше всего, конечно, река! Нам разрешают ходить по мосткам, под ними неглубоко, а дальше нельзя - там начинается глубина. С другой стороны дома - улица. Там у забора растет сирень, и нас за ней не видно. Можно спрятаться за кустами и слушать, о чем говорят прохожие. Правда, шикарно?»

Вот так примерно ответила бы Мадикен, если бы ее спросили про Юнибаккен.

Иногда она и в самом деле сидит, притаившись, в кустах сирени и слушает, что говорят прохожие.

Сколько раз Мадикен слышала их слова: «Вы только поглядите, какая прелестная малютка!»

Мадикен уже не маленькая и не относит на свой счет эти восторги, но очень радуется, когда хвалят ее младшую сестренку. Лисабет так мила, что все ею восхищаются, даже Линус Ида. Та про нее говорит:

- Право слово! Девчонка такая красавица, что просто беда!

- Да еще и сладенькая! - отзывается Мадикен и кусает сестру за ручку, но только чуть-чуть. И Лисабет заливается хохотом, словно Мадикен ее пощекотала. Уж такая она вся мягонькая, такая нежненькая и сладкая! Но Лисабет еще и зубастенькая: ам! - и укусила сестру прямо в щеку.

- А ты вкусненькая, как огурчик, - говорит Лисабет и хохочет еще заливистей.

В Мадикен совсем нет ничего мягонького, нежненького и сладкого. Зато у нее хорошенькое, смуглое от загара личико, открытый взгляд голубых глаз и густые каштановые волосы. Она прямая как струнка, тоненькая и ловкая, как кошка.

- Она у нас только по ошибке уродилась девочкой! - говорит Линус Ида. - Право слово, из нее бы получился хороший мальчишка, не сомневайтесь!

Мадикен вполне довольна, какой она уродилась.

- Я похожа на папу, - говорит она, - и, значит, все будет шик-блеск. Раз я в папу, то непременно женюсь.

Эти слова приводят Лисабет в смятение - а как же тогда она? Вдруг она не женится? Она ведь вылитая мама, все так говорят!

По правде сказать, Лисабет равнодушна к вопросу о женитьбе, но раз Мадикен собирается жениться, то надо и ей. Лисабет хочет, чтобы у нее все было точь-в-точь как у Мадикен.

- Мала ты еще об этом задумываться, - говорит Мадикен и гладит ее по головке. - Погоди, пока подрастешь и пойдешь в школу, как я.

Про школу Мадикен немножко прихвастнула, в школу она не ходит, ее еще только записали в первый класс, и занятия начнутся через неделю. Однако можно сказать, что она без пяти минут школьница.

- Может быть, я еще и не женюсь, - говорит Мадикен, чтобы утешить сестренку.

В глубине души она не очень понимает, какой толк в женитьбе, она ни на ком не согласна пожениться, кроме Аббе Нильссона, это решено уже твердо. Впрочем, Аббе об этом пока что не знает.

Линус Ида дополоскала последние вещи, а Мадикен доела все сливы. И тут, откуда ни возьмись, прибегает Лисабет. Она была на веранде и играла с Госей. Потом Гося ей надоела, и она прибежала на мостки узнать, что нового придумала Мадикен.

- Мадикен, - спрашивает Лисабет, - что мы будем делать?

Двух кошек запрягай,

Через море поезжай,

Смотри, не свались,

За хвосты держись! -

говорит Мадикен. Она знает, что так полагается отвечать, потому что так всегда отвечает Аббе.

- Ха-ха-ха! А я так и сделала, - смеется Лисабет. - Я держала Госю за хвост, когда была на веранде!

- Ах так! Тогда я тебя поколочу, - говорит Мадикен. - Я же тебе сказала! Если будешь таскать Госю за хвост, я тебя поколочу.

- А вот и нет! - говорит Лисабет. - Я даже ни одного разочка не дернула. Я только подержала Госю за хвостик, а она стала вырываться и сама себя потянула.

Тут Линус Ида очень строго посмотрела на Лисабет.

- Разве ты не знаешь, Лисабет, что ангелы Господни плачут, если люди обижают животных, и тогда начинается проливной дождь?

- Ха-ха! - смеется Лисабет. - А дождя-то нету!

Действительно, дождя нет и в помине. Солнышко припекает, от клумбы с душистым горошком веет нежным ароматом, в траве жужжат шмели, и тихо струится протекающая мимо Юнибаккена река. Мадикен болтает ногами в теплой воде и, кажется, всем существом чувствует - вот оно, лето!

- Право слово, жарища какая-то несусветная, - говорит Линус Ида, отирая пот со лба. - Будто я полощу белье не в Швеции, а где-нибудь в Африке, на Ниле!

Больше Линус Ида ничего не сказала, но для Мадикен этого достаточно: в ней точно кнопку нажали и что-то там щелкнуло. Она ведь так скора на выдумки, что не успеет поросенок и глазом моргнуть, у нее уже готово - придумано.

- Ой, Лисабет! А я знаю, что мы будем делать! Вон там, в тростнике, мы будем играть в младенца Моисея.

Лисабет так и запрыгала от восторга:

- Можно, я буду Моисеем?

Линус Ида хохочет:

- Ай да младенец Моисей нашелся!

Но Линус Иде пора развешивать белье, и Мадикен с Лисабет остаются одни на берегу Нила.

По вечерам, после того как в детской погасят свет и в комнате делается темно и тихо, Мадикен рассказывает разные истории, а Лисабет слушает. Это бывают истории «о привидениях, убийцах и о войне», но тогда Лисабет перебирается из своей кроватки к Мадикен, чтобы не так было страшно. А иногда Мадикен рассказывает библейские истории, которые узнала от Линус Иды. И Лисабет хорошо знает, кто такой Моисей, как его положили в корзинку и бросили в реку, а потом пришла дочь фараона, принцесса Египетского царства, и нашла его в тростнике. Очень интересно поиграть в младенца Моисея!

На берегу у самой воды стоит бадья - как раз то, что надо для игры! Лисабет сразу полезла туда.

- Нет, - говорит Мадикен, - так нельзя. Надо ее стащить в воду, а то какой же это будет Моисей в тростнике! А ну-ка, вылезай, Лисабет.

Лисабет послушно вылезает, и Мадикен стаскивает бадью в воду. Бадья - тяжелая, но Мадикен сильная девочка. По берегам речки редко где можно встретить тростник, а тут он есть возле прачечной. Если бы не его густые заросли, с мостков Юнибаккена видны были бы мостки Аббе Нильссона, но тростник их заслоняет. Для Мадикен это - огорчение, а маме нравится. Мама, кажется, считает, что чем меньше видишь Нильссонов, тем лучше. Поди пойми ее! Ведь для чего у людей глаза, как не для того, чтобы все видеть. Зато сейчас тростник пригодился для Моисея. Очень удачно, что он тут вырос!

Ох, как трудно тащить бадью! Девочки раскраснелись от натуги, но затащили ее в самую середку зарослей. Лисабет быстро залезла и стала устраиваться, но, едва усевшись, вдруг притихла, на лице у нее отразилось беспокойство.

- Знаешь что, Мадикен, - говорит Лисабет, - а у меня штанишки намокли.

- Подумаешь! Скоро просохнут, - говорит Мадикен. - Вот я тебя спасу, они и высохнут.

- Уж ты поскорей меня спасай, - говорит Лисабет.

Мадикен обещает поторопиться. Ну вот, все готово для игры, и можно бы начинать. Но, взглянув на свое ситцевое в полосочку платье, Мадикен поняла, что дочь фараона не могла носить такое, а ей хотелось все сделать по-взаправдашнему.

- Ты тут немного подожди, - говорит Мадикен. - Я скоро приду, вот только сбегаю к маме.

Но мамы не оказалось дома, она ушла на рынок. Альва за чем-то отправилась в подвал. Никого не застав, Мадикен решила сама поискать себе царское платье. Она осмотрелась кругом, не найдется ли чего-нибудь подходящего. Глядь, В спальне висит на крючке мамин халат - голубенький такой, шелковый! Мадикен примерила - замечательно! Как раз то, что нужно. Наверное, в древности дочь фараона пришла на берег реки точно в таком одеянии. А на голове у нее, скорее всего, была прозрачная фата. Мадикен порылась в бельевом шкафу и нашла белую кружевную занавеску для кухонного окна. Ах, какая же она красивая, просто дрожь берет! Вот так, должно быть, и выглядела дочь фараона!

Лисабет тем временем очень довольная дождалась ее в бадье. Все было хорошо, только вот немножечко мокро. Тростник покачивался от ветра, среди него мелькали синие стрекозы, а в воде сновали под бадьей маленькие-маленькие уклейки. Лисабет, разглядывая их, перевесилась через край.

А вот и Мадикен шлепает по воде в мамином халате! Она подоткнула его повыше и перевязалась поясом под самыми подмышками. Лисабет посмотрела и тоже нашла, что Мадикен в халате - вылитая дочь фараона. Девочки радостно засмеялись. Вот теперь-то уж можно начинать игру!

- Это ты, малютка Моисей, тут лежишь? - спрашивает Мадикен.

- Ага! Это я лежу, - отвечает Лисабет. - Можно, я буду твоим ребеночком?

- Конечно, можно! - отвечает Мадикен. - Только сначала я спасу тебя из бадьи. И кто же это тебя сюда положил?

- А я сам сюда залез, - говорит Лисабет.

Но Мадикен делает строгое лицо и шепотом поправляет:

- Меня положила сюда мама, чтобы фараон не мог меня убить.

Лисабет послушно повторяет подсказку.

- Скажи, малютка Моисей, а ты ведь, правда, обрадовался, что будешь жить у меня, когда увидал, какая я нарядная?

- Очень обрадовался, - соглашается Лисабет.

- Ты тоже будешь таким нарядным, - говорит Мадикен. - Тебе тоже дадут новое платье.

- И сухие штанишки, - прибавляет Лисабет. - Знаешь что, Мадикен! По-моему, бадья дырявая.

- Тише, - говорит Мадикен. - А то смотри, Моисей, как приплывут крокодилы! Они кушают маленьких деток. Давай-ка я тебя лучше спасу, пока не поздно.

- Каттегоритчески! - отвечает Лисабет.

Однако оказывается, что спасать малых детей из Нила не так-то просто. И Мадикен в этом очень скоро убедилась. Лисабет тяжелым мешком повисла у нее на плечах, халат волочится по воде и путается в ногах.

- Ох, как тут много крокодилов! - стонет Мадикен. Она еле тащится к берегу. - Пожалуй, лучше отнесу тебя к мосткам Нильссонов, туда все-таки ближе.

- А вон и Аббе, - говорит Лисабет. Мадикен останавливается как вкопанная.

- Вот как! - говорит она. - Давай-ка слезай, Лисабет, ты и сама дойдешь!

Но Лисабет не соглашается:

- Нет, не дойду. Ведь я же малютка Моисей.

И она еще крепче стискивает руками шею Мадикен, изо всех сил стараясь удержаться.

- Боюсь! Там каркадилы! - уверяет она Мадикен.

- Да нету здесь никаких крокодилов! - возражает Мадикен. - Чур, я не играю. А ну-ка, слезай!

Но Лисабет не желает слезать, и Мадикен начинает сердиться. Ручки Лисабет сдавили ей шею.

Источник:

www.alibet.net

Астрид Анна Эмилия Линдгрен

Астрид Анна Эмилия Линдгрен (14 ноября 1907 года, Виммербю — 28 января 2002 года, Стокгольм) Маме Карлсона исполнилось 100 лет

«Кроме таких больших планет, как Земля, Юпитер, Марс, Венера, существуют еще сотни других, которым даже имен не дали, и среди них такие маленькие, что их и в телескоп трудно разглядеть. Когда астроном открывает такую планетку, он дает ей не имя, а просто номер. Например, астероид 3251». Или 3204. Полагаю, Сент-Экзюпери был бы рад узнать, что один астероид все же получил имя. Имя Астрид Линдгрен.

«Зовите меня теперь «Астероид Линдгрен», — шутила она, узнав о столь необычном акте признания Российской ученой академией. И она была недалека от истины. Астрид Линдгрен удалось сделать то, чему может смело позавидовать Джордж Лукас с его «Звездными войнами», — сотворить целую Вселенную, живущую по собственным законам. И в этой звездной системе самой Линдгрен было отведено место солнца — всегда на виду, но попробуй взгляни прямо на свет…

«Главное — чтобы весело»

Свою жизнь Линдгрен тщательно оберегала от посторонних взглядов и досужих сплетен. Она не избегала внимания — это было бы бесполезно. Да и как может избежать внимания человек, получающий по 150 писем в день? Она поступила мудрее и написала самую великую сказку — свою жизнь. Без преувеличений и домыслов, где все — истинная правда. Только не вся.

Она облекла свою жизнь в кокон счастья и любви — рассыпающееся яркими брызгами детство-фейерверк на хуторе Нес в шведской глуши, пылкая любовь родителей, возведенная в ранг священной, бесконечные игры и смех («главное — чтобы весело» — основной принцип Линдгрен). И кажется, нет и не будет этому конца. И детство никогда не кончится. «Карлсон улетел, но он обязательно вернется. »

А оно кончилось. Детство Линдгрен было и правда необыкновенным — тем более по меркам шведской провинциальной глубинки начала века, — но что мы знаем о нем? Их дом дышал любовью — отец, Самуэль Август, любил ее мать самозабвенно до самой смерти, и эта любовь воздалась ему столь же пламенными чувствами дочери.

Сложно сказать, отвечала ли мать отцу такой же пылкой любовью, — по крайней мере, предложение его она приняла не без долгих раздумий и на его вопрос, смогли ли бы они быть счастливы вместе, последовал далеко не однозначный ответ: «Не без Божьей помощи».

Хана, мать Астрид, была человеком волевым и сдержанным — пожалуй, даже слишком, — лишь однажды за всю жизнь она обняла дочь, когда та вернулась домой после долгой отлучки. Именно мать заправляла в доме, и никто из четверых детей — брата и трех сестер — не смел перечить ее воле. Образ матери надежно скрывался за образом отца. «Какая у тебя мать!» — восклицал отец.

Детство Астрид проходило под знаменем нескончаемых игр — захватывающих, увлекательных, порой рискованных и ничем не уступающих мальчишеским забавам. Страсть лазить по деревьям Астрид Линдгрен сохранила вплоть до самого преклонного возраста. «Закон Моисеев, слава богу, старухам по деревьям лазить не запрещает», — говорила, бывало, она в старости, одолевая очередное дерево.

В играх был весь смысл существования, игры были детством. Каково же было разочарование Линдгрен, когда в один прекрасный день она поняла, что выросла. «Помню, с каким ужасом я осознала, что не могу больше играть… Обычно мы играли с дочкой священника, когда она приезжала на каникулы. Однажды летом она пришла к нам в гости, и только было мы принялись играть, как вдруг почувствовали, что у нас ничего не получается. Не выходит — и все. Это было так странно и так грустно — что же нам остается делать, если не играть? Нам было по двенадцать или тринадцать лет, и на этом закончилось наше детство».

Преступление и наказание

Новые интересы — кино, джаз — были не менее захватывающими, чем детские игры. Некогда послушная Астрид превратилась в настоящую «королеву свинга», что само по себе было своего рода пощечиной общественному вкусу. Но верхом эпатажа явилась ее новая стрижка — она одной из первых в округе коротко остригла волосы, и это в шестнадцать лет! Шок был настолько велик, что отец категорически запретил ей показываться ему на глаза, а люди на улице подходили к ней и просили снять шляпу и продемонстрировать свою диковинную прическу.

Прическа ей шла. Это было не столько эпатажем, сколько проявлением внутренней свободы. К тому же она настолько была уверена в собственном уродстве, что терять ей было нечего, — все равно вряд ли кому-нибудь взбрело бы в голову в нее влюбиться. Она подтрунивала над своей подругой Мадикен, которая вечно пребывала в состоянии влюбленности, но в глубине души испытывала зависть — любовь казалась ей таким загадочным и неизведанным чувством…

Возможно, это и повлекло за собой истинный конец детства Астрид Эрикссон. Даже в своем драматизме жизнь ее оставалась верна мифологическим сюжетам — и за блаженным неведением последовало вкушение запретного плода и изгнание из рая. Астрид забеременела.

Для семьи это был страшный удар. В двадцатые годы ребенок без отца. Чтобы избавить семью от позора, Астрид уезжает в Стокгольм. Это было ее собственное решение — возможно, семья и позволила бы ей остаться, но одна мысль о сплетнях и перешептываниях за спиной в крошечном городке, где все знают друг друга, была невыносима. Кроме того, сыграла свою роль и с детства внушенная протестантская мораль — преступление влечет за собой наказание. Наказанием явился Стокгольм.

Восемнадцатилетней Астрид пришлось начинать взрослую жизнь, в которой нет места играм. Она поступает на курсы машинописи и стенографии. Сидит без копейки денег. Страдает от одиночества в этом огромном враждебном городе. С замиранием сердца думает о будущем — но при этом молчит, закусив губы в кровь.

Это упрямое молчание она унаследовала от матери. «Никому ни слова» — и Ханна, и Астрид на протяжении всей жизни оставались верны этому убеждению. Ни к чему посторонним знать о твоих бедах. Лишь бы хватило мужества.

Мужества хватало не всегда — так, Астрид пишет из Стокгольма своему брату Гуннару: «Я одинока и бедна. Одинока, ибо так оно и есть, и бедна, ибо все мое состояние — одно датское эре. С содроганием жду зимы».

Единственное, что спасало Астрид в длинные ненастные вечера, — чтение. В своих автобиографических заметках она рассказывает, как однажды пришла в библиотеку за столь необходимыми ей книгами. Долго бродила среди книжных рядов, не веря своему счастью, — наконец-то она спасена, ей больше не придется просиживать часами в своей крошечной комнатушке, уставившись в пустоту, — теперь у нее есть книги!

Выбрав наконец несколько томиков, она подошла к стойке, где вежливый белокурый молодой человек объяснил ей, что для начала следует получить читательский билет, а на это уйдет несколько дней. Астрид застыла, пораженная, а потом внезапно разрыдалась — разве могла она объяснить всю глубину своего безысходного одиночества.

Влюбленная секретарша

И тем не менее надо было продолжать жить — хотя бы ради ребенка. Знакомая феминистка устроила Астрид в датскую клинику, где она и оставила родившегося младенца в отчаянной надежде забрать его, как только появится такая возможность. Та же феминистка позаботилась о приемных родителях для маленького Ларса.

Астрид разрывалась между Стокгольмом и Копенгагеном. Денег не было, надо было искать работу. На ее счастье, в газете она вычитала объявление о вакансии секретарши в какой-то конторе. Отправляясь на интервью, она взяла с собой подругу, которой поручила ждать ее на лестнице — если через полчаса она не появится, подруга должна немедленно обратиться в полицию, — Ханна не раз предупреждала Астрид об опасностях, подстерегающих порядочную девушку в Стокгольме.

Тем не менее дело обошлось без полиции. Шеф конторы Торстен Линдфорс оказался милым человеком, который поначалу принялся ворчать, что зарекся нанимать на работу девятнадцатилетних девушек, — впоследствии оказалось, что его предыдущей девятнадцатилетней секретаршей была не кто иная, как Сара Леандер, в будущем блистательная шведская примадонна.

Тем не менее Астрид удалось его уговорить, и она получила свою первую работу в Стокгольме. Ее мучения на этом не закончились — она по-прежнему бедствовала, страдала в разлуке с сыном. Ее преследовали кошмары, ей казалось, что ему плохо, его обижают, он плачет, его некому защитить. Это было по меньшей мере преувеличением — мальчик жил в хорошей семье, его любили — свою приемную мать он почтительно звал «матушкой», а Астрид — «мамой».

В декабре 1929 года Астрид узнает, что приемная мать Ларса пережила инфаркт и не может больше о нем заботиться. И тут наконец происходит то, о чем она так долго мечтала, — она забирает сына к себе.

Астрид так никогда и не смогла до конца простить себе эти четыре года разлуки. «Я никогда не была влюблена в общепринятом смысле этого слова, — говорит она. — Любовь к детям всегда значила для меня больше, чем любовь к мужчинам». Любовь для нее в первую очередь являлась заботой — а кто нуждается в заботе больше, чем дети?

Почти во всех ее книгах главными персонажами станут сироты или совершенно по-взрослому одинокие дети — Пеппи, дочка ангела и пирата, которого смыло за борт волной; Мио с его мечтой об отце-короле; Малыш, которого не балуют вниманием родители…

И в то же время самыми сильными чувствами в произведениях Линдгрен станет любовь между детьми и родителями — как правило, отцовская любовь. Как ни странно, сказки Линдгрен говорят намного больше о ней самой, чем ее жизнь…

Хулиганская мама

Астрид продолжает работать секретаршей. Торстен Линдфорс ею крайне доволен — впоследствии именно он посоветует ей новое место в Королевском автомобильном обществе под руководством человека по имени Стуре Линдгрен, который сыграет столь значительную роль в ее жизни…

Это не была любовь с первого взгляда. Позже Линдгрен в шутку скажет, что, если секретарша хочет выйти замуж за своего шефа, ей достаточно просто разрыдаться в его кабинете, надеясь на его сердобольность. Именно это с ней и произошло — правда, она ни на что не рассчитывала. Это был один из приступов отчаяния — к этому времени у сына обнаружили коклюш, денег на лечение не было, надеяться было не на что…

И тут начинается светлая полоса ее жизни. Неожиданно родители забирают ребенка на хутор Нес. В скором времени она выходит замуж за Стуре, становится домохозяйкой и наконец может посвятить все свое время ребенку.

«Она была не из тех матерей, которые сидят на скамеечке в парке, наблюдая за играющими детьми. Ей надо было самой участвовать во всех играх, и, честно говоря, я подозреваю, что нравилось ей это не меньше, чем мне!» — вспоминал впоследствии ее сын.

Мальчик гордился Астрид — она была самой хулиганской мамой на свете! Однажды она запрыгнула в трамвай на полном ходу, и ее оштрафовал кондуктор. Один из приятелей Ларса стал случайным свидетелем этой сцены и потом рассказывал ему, как он был потрясен. В другой раз Астрид уже сама вспоминала, как, запрыгивая в автобус, потеряла туфлю.

Историй из детства Ларса — а впоследствии и Карин, дочери Астрид и Стуре, — было много, и все они были столь же увлекательны, как и детство самой писательницы. Впрочем, до писательства ей было еще далеко.

Свою первую книгу Астрид написала лишь в 37 лет, вовсе не надеясь ее напечатать. Называлась она «Бритт-Мари изливает душу». Неожиданно для всех — даже для членов жюри — книга заняла второе место на конкурсе детской и юношеской литературы. Жюри до последней минуты надеялось, что рукопись, утвержденная на второе место, принадлежит кому-то из известных личностей. Все были крайне разочарованы, узнав, что автор — простая среднестатистическая домохозяйка.

Ее вторая книга — «Пеппи Длинныйчулок» — стала сенсацией не столько благодаря своим литературным достоинствам, сколько с точки зрения педагогики и воспитания. Маленькая рыжеволосая девочка-бунтарка, которая так не хотела взрослеть, чуть ли не стала символом феминизма!

Про нее писали статьи, шли ожесточенные дискуссии. В Германии пять издательств отказались печатать книгу, прежде чем она нашла своего издателя, — и даже тогда книга подверглась строгой цензуре во имя пуританской благопристойности: за ноги Пеппи здесь никого не кусала и сахар по полу не разбрасывала.

Ни к чему пересказывать литературную карьеру Астрид Линдгрен — любой справочник расскажет об этом намного лучше. Книги Линдгрен выходили одна за другой, пользовались огромной популярностью во всем мире — в общей сложности тираж составил 80 миллионов экземпляров, ее произведения были переведены на семьдесят шесть языков.

Одиночество вместо награды

В дисскусиях по поводу собственных произведений Линдгрен не участвовала — она лишь продолжала писать, считая это более достойным занятием. В творчестве она находила отдохновение от своей вечной меланхолии, но оно не мешало ей принимать живое участие во всем, что ее окружало.

Еще во время войны, задолго до начала своей литературной карьеры, она с трепетом наблюдала за происходящим в мире — впервые в жизни она начала вести дневник, в который записывала не столько события своей личной жизни, сколько военные сводки. Теперь же она не просто выступала в качестве наблюдателя, но и могла что-то изменить, для начала — своими книгами.

В 1978 году ее пригласили в Германию на вручение престижной франкфуртской Премии мира, которую до нее получили Альберт Швейцер и Герман Гессе. Астрид Линдгрен была первой детской писательницей, награжденной этой премией. По традиции на церемонии вручения лауреаты должны были произнести речь, которая заранее утверждалась организационным комитетом.

Астрид Линдгрен написала выступление в защиту прав детей под названием «Нет — насилию», в котором резко выступала против применения насилия как воспитательного метода. Для Германии того времени, где представления о педагогике были крайне консервативными и битье занимало не последнее место в воспитательной системе, речь являлась прямо-таки обвинительным актом, и Линдгрен предложили вместо речи удовольствоваться коротеньким «спасибо».

В ответ на это предложение Линдгрен поставила ультиматум — либо она произносит эту речь, либо пускай кто-нибудь другой произносит коротенькое «спасибо». Выступление состоялось — и вызвало целую бурю, которая повлекла за собой настоящий переворот в европейской педагогике. Через год в Швеции был принят первый в Европе закон о защите прав ребенка.

Влияние Линдгрен на политическую и социальную жизнь страны было грандиозным — на протяжении многих лет она формировала общественное мнение по важнейшим вопросам. Но пишет она с годами все меньше и меньше, пока не перестает писать совсем. И все больше страдает от одиночества и меланхолии — чувств, сопровождавших ее по жизни. Впрочем, страдает ли?

Пожалуй, к концу жизни ей наконец удается примириться с одиночеством и полюбить его. В тишине и одиночестве она находит отдохновение души — она больше не любит шумные рождественские праздники и с нетерпением ждет момента, когда наконец ее оставят одну.

Когда на девяностолетие ей устраивают помпезный юбилей, ее единственное желание — «спрятаться подальше, словно маленькая зверушка в темном лесу». Но именно на этом юбилее восторжествует справедливость: под ликующие аплодисменты премьер-министр Швеции вручит Линдгрен чек на 7,6 миллиона крон — сумма, соответствующая Нобелевской премии, одна из немногих наград, которую ей так и не присудили при жизни.

Позже, когда в Швеции ей присвоят титул «Человек года», она скажет: «По-моему, вы что-то перепутали. Меня, глухую, полуслепую и практически выжившую из ума старуху, вы провозгласили человеком года. На будущее советую вам быть осмотрительнее — как бы об этом не узнала широкая публика!»

Круг ее почитателей ширился — но, увы, круг ее близких таял с каждым днем. Она пережила смерть своих родителей и друзей, пережила даже собственного сына, и теперь ее сложно было испугать смертью. «Жизнь — чудная штука, так долго тянется и все же так коротка!» — говорила она.

После кончины отца и брата каждый телефонный разговор трех сестер — Астрид, Стины и Ингегерд — начинался со слов «смерть-смерть-смерть», словно это было магическое заклинание, которое могло избавить их от страха перед надвигающейся неизвестностью. Так было легче — выговорить все сразу и принять как неизбежность.

Единственное, чего Астрид по-настоящему боялась, — не успеть. Незадолго до своей смерти в каком-то телевизионном интервью она вдруг с грустью сказала: «Жить надо так, чтобы примириться со смертью…».

Дорогие друзья, наш сайт существует исключительно

благодаря вашей поддержке.

Подпишитесь на обновления: Разделы сайта:

При использовании материалов сайта, активная ссылка на источник обязательна.

Публикуемые на страницах сайта материалы не всегда совпадают с точкой зрения редакции и могут публиковаться в порядке обсуждения.

Источник:

www.mgarsky-monastery.org

Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Новые Приключения Мадикен в городе Уфа

В этом интернет каталоге вы всегда сможете найти Линдгрен, Астрид Анни Эмилия Новые Приключения Мадикен по доступной цене, сравнить цены, а также найти другие предложения в категории Детская литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка товара осуществляется в любой город РФ, например: Уфа, Омск, Ярославль.