Книжный каталог

Петров В. Древняя История Смерти

Перейти в магазин

Сравнить цены

Категория: Эзотерика

Описание

Как возникла смерть? Кто создал ее и зачем? Кто управляет ею и можно ли ее одолеть? И если можно - то как? И что вообще такое смерть - нелепая оплошность судьбы, которую можно исправить, или кара за прегрешения и вины человеческие, которые не искупить никак и никогда? Все эти вопросы мучили людей с того самого момента, когда они осознали себя людьми. Кого только они не винили в появлении смерти: божественных творцов, которые создали человека недостаточно прочным, злые силы, которые коварно мешали процессу творения, солнце и луну, капризно препятствующих бессмертию, всевозможных животных, желавших единолично владеть земными и водными угодьями... Писатель и историк Владислав Петров просеял сотни мифов самых разных народов - от американских индейцев до австралийских аборигенов, от коренных народов Крайнего Севера до бушменов на юге Африки. В итоге получилась книга, посвященная, с одной стороны, представлениям о смерти, которые существовали на заре человеческой цивилизации, а с другой - самой человеческой природе, которая с тех пор, похоже, не очень изменилась.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Петров В. Древняя история смерти. Петров В. Древняя история смерти. 323 р. bookvoed.ru В магазин >>
Никита Петров История советских спецслужб 23 Никита Петров История советских спецслужб 23 0 р. litres.ru В магазин >>
Никишин В. История Древнего мира Древняя Греция Учебник Никишин В. История Древнего мира Древняя Греция Учебник 1058 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Никита Петров История советских спецслужб 22 Никита Петров История советских спецслужб 22 0 р. litres.ru В магазин >>
Никита Петров История советских спецслужб 17 Никита Петров История советских спецслужб 17 0 р. litres.ru В магазин >>
Никита Петров История советских спецслужб 24 Никита Петров История советских спецслужб 24 0 р. litres.ru В магазин >>
Никита Петров История советских спецслужб 04 Никита Петров История советских спецслужб 04 0 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Древняя история смерти - Владислав Петров, скачать книгу бесплатно

Название книги Древняя история смерти Петров Владислав

К ак возникла смерть? Кто создал ее и зачем?

Кто управляет ею и можно ли ее одолеть?

И если можно — то как? И что вообще такое смерть — нелепая оплошность судьбы или кара за прегрешения и вины человеческие, которые не искупить никак и никогда? Все эти вопросы мучили людей с того самого момента, когда они осознали себя людьми.

Кого только они не винили в появлении смерти: божества, которые создали человека недостаточно прочным, злые силы, которые коварно мешали процессу творения, солнце и луну, препятствующих бессмертию, всевозможных животных, желавших единолично владеть земными и водными угодьями…

Книга писателя и историка Владислава Петрова посвящена представлениям о смерти, которые существовали на заре человеческой цивилизации. Автор рассказывает о преданиях и легендах разных народов — от американских индейцев до австралийских аборигенов, от коренных народов Крайнего Севера до бушменов на юге Африки — и сообщает об этих народах немало любопытного.

Наша жизнь — это короткое путешествие из небытия в небытие. Что с нами было (и было ли)

и что будет (и будет ли)

— дело темное. Но если о своем начале мы ничего не ведаем и никак его заранее осмыслить не можем, то о том, что будет в конце, каков будет этот конец и будет ли он абсолютным, мы время от времени задумываемся. И пытаемся — одни с безнадежным страхом, другие с благостной верой, третьи, каковых микроскопическое меньшинство, с холодным, как скальпель, рассудком — понять тайну того, что нас ждет.

Если разгадать тайну смерти, то тогда, может быть, станет ясен и смысл ее — это при условии, что все не сводится к чистой биологии и метафизическая тайна имеется. А там и до смысла жизни недалеко.

Кроме того, если мы поймем смысл смерти, то, вероятно, сможем выявить

и ее автора. Ибо весьма логично предположить — так, во всяком случае, считали древние, — что у смерти, как и у жизни, есть конкретный автор и, вполне возможно, в обоих случаях постарался один и тот же персонаж. Хотя не исключено и то, что авторы у жизни и смерти все-таки разные. При этом они пребывают в противостоянии, которое, впрочем, не означает, что ничего общего у них нет. Наоборот, это противостояние, и больше того — противоборство, являет собой диалектическое единство в его совершенном воплощении.

Кстати, древнегреческое «агония», вошедшее в понятном для всех значении в современные мировые языки, в буквальном переводе означает «борьба». Словом «агон» древние греки называли все состязания — не важно, соревновались рапсоды, кто лучше исполнит под кифару сочинения Гомера, сходились в кулачном бою участники Олимпийских игр или боролись в теле человека жизнь и смерть…

Начиналось все хорошо

В противостоянии жизни и смерти только одно, казалось бы, не должно вызывать сомнений: жизнь появилась раньше смерти. На ничтожное мгновение — но раньше. Иное трудно представить хотя бы потому, что для того, чтобы умереть, надо сначала родиться.

Однако не все так просто. Многих мифотворцев — а они-то и есть настоящие авторы древней истории смерти — препятствия не испугали, и в их трудах смерть предшествует жизни. Дескать, все сначала было неживым и даже пребывало в состоянии хаоса, но демиург позаботился о том, чтобы возникло нечто — земля и вода, к примеру, — а затем, посредством оживления мертвого, и перволюди.

В этом рассуждении тоже есть своя логика. Поэтому, дабы избежать сползания в спор, что было раньше, яйцо или курица, мы оставим поиск ответа на этот сложный вопрос кому-нибудь другому. А сами всего лишь определимся с точкой отсчета, которая существенна в любом деле.

Представляется, что для нас такой точкой может быть начало миросозидания. При этом не имеет значения, что — хаос, мертвая материя или абсолютная пустота — наличествовало в пространстве на тот момент, когда заскучавший демиург надумал соорудить что-нибудь этакое. Важно другое — каков был первый шаг демиурга. И да наполнятся сердца человеческие гордостью — нельзя не отметить, что во многих мифологиях миросозидание начинается не с тверди, океанов и небес с облаками, а с бессмертного первочеловека, очень часто наделенного от божества широкими полномочиями по оживлению или сотворению всего и вся.

Источник:

litresp.ru

Читать Древняя история смерти - Петров Владислав Валентинович - Страница 1

Петров В. Древняя история смерти
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 530 530
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 458 706

Древняя история смерти

Наша жизнь — это короткое путешествие из небытия в небытие. Что с нами было (и было ли) до и что будет (и будет ли) после — дело темное. Но если о своем начале мы ничего не ведаем и никак его заранее осмыслить не можем, то о том, что будет в конце, каков будет этот конец и будет ли он абсолютным, мы время от времени задумываемся. И пытаемся — одни с безнадежным страхом, другие с благостной верой, третьи, каковых микроскопическое меньшинство, с холодным, как скальпель, рассудком — понять тайну того, что нас ждет.

Если разгадать тайну смерти, то тогда, может быть, станет ясен и смысл ее — это при условии, что все не сводится к чистой биологии и метафизическая тайна имеется. А там и до смысла жизни недалеко.

Кроме того, если мы поймем смысл смерти, то, вероятно, сможем выявить

и ее автора. Ибо весьма логично предположить — так, во всяком случае, считали древние, — что у смерти, как и у жизни, есть конкретный автор и, вполне возможно, в обоих случаях постарался один и тот же персонаж. Хотя не исключено и то, что авторы у жизни и смерти все-таки разные. При этом они пребывают в противостоянии, которое, впрочем, не означает, что ничего общего у них нет. Наоборот, это противостояние, и больше того — противоборство, являет собой диалектическое единство в его совершенном воплощении.

Кстати, древнегреческое «агония», вошедшее в понятном для всех значении в современные мировые языки, в буквальном переводе означает «борьба». Словом «агон» древние греки называли все состязания — не важно, соревновались рапсоды, кто лучше исполнит под кифару сочинения Гомера, сходились в кулачном бою участники Олимпийских игр или боролись в теле человека жизнь и смерть…

Результатом последнего агона — какую религию не возьми — становится погибель бренной оболочки и продолжение жизни души. У христиан смерть — это и вовсе рождение в вечность. И даже самые закоренелые атеисты оставляют себе надежду на то, что дело обстоит именно так.

Вот только жаль, что такими, как при жизни, мы не будем уже никогда.

Эта книга посвящена представлениям о смерти, которые возникли и существовали на заре человеческой цивилизации. Откуда появилась смерть? Кто создал ее и зачем? Кто управляет ею и можно ли ее одолеть? И если можно — то как? И что вообще такое смерть — нелепая оплошность судьбы, которую можно исправить, или кара за прегрешения и вины, которые не искупить никак и никогда?

С тех пор как человек обрел разум, он ищет ответы на эти вопросы.

И может быть, только этим он отличается от животного.

Начиналось все хорошо

В противостоянии жизни и смерти только одно, казалось бы, не должно вызывать сомнений: жизнь появилась раньше смерти. На ничтожное мгновение — но раньше. Иное трудно представить хотя бы потому, что для того, чтобы умереть, надо сначала родиться.

Однако не все так просто. Многих мифотворцев — а они-то и есть настоящие авторы древней истории смерти — препятствия не испугали, и в их трудах смерть предшествует жизни. Дескать, все сначала было неживым и даже пребывало в состоянии хаоса, но демиург позаботился о том, чтобы возникло нечто — земля и вода, к примеру, — а затем, посредством оживления мертвого, и перволюди.

В этом рассуждении тоже есть своя логика. Поэтому, дабы избежать сползания в спор, что было раньше, яйцо или курица, мы оставим поиск ответа на этот сложный вопрос кому-нибудь другому. А сами всего лишь определимся с точкой отсчета, которая существенна в любом деле.

Представляется, что для нас такой точкой может быть начало миросозидания. При этом не имеет значения, что — хаос, мертвая материя или абсолютная пустота — наличествовало в пространстве на тот момент, когда заскучавший демиург надумал соорудить что-нибудь этакое. Важно другое — каков был первый шаг демиурга. И да наполнятся сердца человеческие гордостью — нельзя не отметить, что во многих мифологиях миросозидание начинается не с тверди, океанов и небес с облаками, а с бессмертного первочеловека, очень часто наделенного от божества широкими полномочиями по оживлению или сотворению всего и вся.

Никого не должно удивлять, что этот первочеловек нечасто похож на собственно человека — он может быть полу-пресмыкающимся, полуптицей, полумлекопитающим и даже полубамбуком. В конце концов почти всегда это опытный образец, не пошедший в серию, для изготовления которого применялись в порядке эксперимента самые невероятные материалы — от естественных в такой ситуации костей и мяса до воска, масла, травы, рыбьей чешуи, золота и экскрементов. К тому же зооморфные и прочие, не всегда даже понятно какие, черты в облике и образе мышления первочеловека компенсировало то, что ко всем прочим своим «полу-» он, случалось, был еще и полубогом или даже полноправным божеством, как, скажем, рожденный от луча звезды и луны китайский Чжуаньсюй. А божественная составляющая сильно меняет дело.

Случалось и такое, что в качестве первочеловека выступало бессмертное божество, которое на самолично созданной земле начинало активно плодиться и размножаться — иногда способом, обычным для человека, предварительно создав себе женщину (или, реже, мужчину, если божество женщина), иногда — вегетативно, а иногда — вступая в противоестественную связь с животными, растениями, горными породами и вообще со всем, что попадается на пути. Но как бы то ни было, в результате его бурной деятельности и беспорядочных интимных связей зарождалось человечество или, по крайней мере, один народ, люди которого на первых порах, за редким исключением, понятия не имели, что же это за штука такая — смерть.

Из всего этого следует, что применительно к человеку жизнь все-таки первична. И в дальнейшем мы примем это за аксиому. Что же касается смерти, то она, надо полагать, явилась всего лишь ответным шагом на появление жизни, ибо мир симметричен и все в нем должно уравновешиваться.

Справедливости ради скажем, что смерть, хотя и возникла позже жизни, непостижимым образом, согласно многим мифологиям, оказалась необходима для запуска механизма всего сущего. Поясним эту запутанную ситуацию на примере, бросив взгляд на географически близкую нам Скандинавию.

Здешний первочеловек Имир, или, как его еще называют, Аургельмир, образовался изольда. Под левой рукой Имира из его пота возникли мужчина и женщина, от которых произошли все германо-скандинавские народы, а ноги, совокупившись друг с другом — далее мы и не про такое узнаем! — зачали прародителя великанов-ётунов шестиголового Трудгельмира, потомком которого является бог хитрости и обмана Локи. Но знаменит Имир все-таки не родством с Локи, а тем, что после смерти его расчлененное тело стало материалом для сооружения Скандинавии: из мяса получилась суша, из крови — вода, из костей и зубов — горы, из черепа — небесный свод, из волос — лес, из мозга — облака. В общем, безотходное производство…

Что важно, смерть Имира от рук богов-асов оказалась явлением единичным, и с точки зрения статистики на нее следует закрыть глаза. А если не принимать ее в расчет, то можно утверждать, что бессмертие до определенного момента правило бал в скандинавских пределах. Умирать скандинавы — боги и вслед за ними люди — начали значительно позже, и мы это событие ни в коем случае не обойдем стороной.

Похожая судьба постигла индийского Пурушу, которого, правда, можно назвать первочеловеком лишь с изрядной натяжкой, зацепившись за то, что с санскрита его имя переводится прежде всего как «человек» и «мужчина». Но если Имир преобразовался в Скандинавию (и не более того), то из Пуруши, согласно индуистской мифологии, была создана ни много ни мало вся вселенная. Масштаб, прямо скажем, поражает.

По другой версии, бытующей у индийцев, исповедующих индуизм, вселенная развилась из плававшего в хаосе брахманды — золотого яйца, в которое превратилось семя четырехголового и четырехрукого Брахмы. Так вот, Брахма не только пожертвовал свое семя, но и мысленным усилием преобразовал яйцо в небо и землю, раздвинул их и немало способствовал тому, чтобы в образовавшемся между ними пространстве сформировались и начали автономное существование основные атрибуты мироздания.

Источник:

www.litmir.me

Древняя история смерти - Владислав Петров

Древняя история смерти Электронную книгу:

Владислав Петров «Древняя история смерти» можно заказать в формате: pdf djvu fb2

Было дело на Гебридах

Дикая история произошла на Новых Гебридах, а точнее, на острове Пентекост, куда с неба по кокосовой пальме спустились три первочеловека — братья Баркулкул, Марерул и Сермопр. Первым делом братья напились кокосового молока, которое, судя по дальнейшим событиям, успело прямо внутри орехов нагулять изрядный градус. Молоко ударило в головы братьям, и, в общем-то, наверное, нет ничего необычного в том, что им захотелось, как писал поэт, спрятать звон свой, в мягкое, женское.

Женщин в то время на Пентекосте не наблюдалось — Творец еще не успел их создать, но это не остановило братьев, во всяком случае двоих из них, Баркулкула и Марерула. Они схватили бедного третьего брата и «горячим каштаном» (так сообщает миф) кастрировали его, создав, таким образом, какую-никакую первую пентекостскую женщину. Затем, однако, межу ними возник спор, кому этой женщиной владеть, и победил старший брат Баркулкул, который и сочетался с Сермопром законным браком. Так Сермопр стал (-а) невесткой самому (-ой) себе.

Но Марерул не смирился с одиночеством, стал подбивать к Сермопру клинья и склонил-таки его (ее) к адюльтеру. И вот тут случилось то, ради чего, собственно, и рассказывается эта поучительная история. Баркулкул, узнав, что братья наставили ему рога, убил Марерула — и так на Пентекосте появилась смерть. Убив брата, Баркулкул и себе, и всем своим потомкам подписал приговор. Что же до мертвого тела Марерула, то оно было использовано как саженец, и из него вырос на пользу людям ямс, который и поныне является одной из важнейших продовольственных культур во всей Меланезии, куда Новые Гебриды входят составной частью.

Дальнейшая жизнь Баркулкула и Сермопра протекала в счастливой гармонии. Операция по перемене пола прошла настолько успешно, что Сермопр даже оказался (-ась) способным (-ой) рожать. Они произвели на свет кучу детей и, таким образом, положили начало ни-вануату — коренному населению Пентекоста и близлежащих островов.

Рецензии и отзывы о книге В. Петрова: "Древняя история смерти"

Территория детского чтения

«Всякий, даровитый или бездарный, должен учиться. » Владислава Петрова

Путь развития Древней Греции представляет невероятный интерес: не случайно столько последующих поколений обращалось к её истории и искусству. На родину великих мыслителей и знаменитых произведений искусства мы отправимся вместе с писателем и историком Владиславом Петровым.

Журнал “PSYCHOLOGIES №74”

«Всякий, даровитый или бездарный, должен учиться…» В. Петров, «Ломоносов», 2012

Литературы, посвященной образованию в эпоху Античности, написано немало, и книга историка Владислава Петрова особенно хороша для тех, кто впервые приступает к знакомству с этой темой (вероятно, неслучайно автор посвящает этот труд своим внукам). Начиная с азов (что такое педагогика, что мы подразумеваем, говоря «Древняя Греция»), писатель погружает нас в любопытные детали быта и философии древних греков, рассказывает о Пифагоре и его школе, о двух главных греческих системах воспитания – в Афинах и Спарте, об афинской школе киников и Академии Платона в Афинах, об играх и игрушках детей, о том, чему обучали девушек и почему только гетеры могли поддержать мужской разговор в застолье. «Тело следует обучать гимнастическому искусству, а душу – для развития ее добродетели – мусическому» (искусство муз)» – простая формула воспитания гармонически развитого человека, от которой, по мнению Владислава Петрова, наша цивилизация, увы, весьма далеко ушла. Между тем оборачиваться назад так полезно!

ПИТЕРВООК. КРУГ ЧТЕНИЯ. 06.06.2012

Древняя история смерти, Владислав Петров, «Ломоносов», 2012

Положа руку на сердце, каких только историй уже не написано! Есть даже история велосипеда, туалетов и полосатых тканей! Но «Древняя история смерти» это не совсем история, а скорее, подборка мифов и преданий народов со всего мира, посвященная смерти. Тому, откуда костлявая взялась, как получилось, что изначально бессмертные люди стали смертными, кто в этом виноват и что делать. Короче, вполне классические вопросы. А вот ответы.

Источник:

www.lomonosov-books.ru

Древняя история смерти (скачать fb2)

Древняя история смерти

Как возникла смерть? Кто создал ее и зачем?

Кто управляет ею и можно ли ее одолеть?

И если можно — то как? И что вообще такое смерть — нелепая оплошность судьбы или кара за прегрешения и вины человеческие, которые не искупить никак и никогда? Все эти вопросы мучили людей с того самого момента, когда они осознали себя людьми.

Кого только они не винили в появлении смерти: божества, которые создали человека недостаточно прочным, злые силы, которые коварно мешали процессу творения, солнце и луну, препятствующих бессмертию, всевозможных животных, желавших единолично владеть земными и водными угодьями…

Книга писателя и историка Владислава Петрова посвящена представлениям о смерти, которые существовали на заре человеческой цивилизации. Автор рассказывает о преданиях и легендах разных народов — от американских индейцев до австралийских аборигенов, от коренных народов Крайнего Севера до бушменов на юге Африки — и сообщает об этих народах немало любопытного.

Источник:

paraknig.com

Древняя история смерти читать онлайн, Петров Владислав

Читать онлайн «Древняя история смерти»

Наша жизнь — это короткое путешествие из небытия в небытие. Что с нами было (и было ли) до и что будет (и будет ли) после — дело темное. Но если о своем начале мы ничего не ведаем и никак его заранее осмыслить не можем, то о том, что будет в конце, каков будет этот конец и будет ли он абсолютным, мы время от времени задумываемся. И пытаемся — одни с безнадежным страхом, другие с благостной верой, третьи, каковых микроскопическое меньшинство, с холодным, как скальпель, рассудком — понять тайну того, что нас ждет.

Если разгадать тайну смерти, то тогда, может быть, станет ясен и смысл ее — это при условии, что все не сводится к чистой биологии и метафизическая тайна имеется. А там и до смысла жизни недалеко.

Кроме того, если мы поймем смысл смерти, то, вероятно, сможем выявить

и ее автора. Ибо весьма логично предположить — так, во всяком случае, считали древние, — что у смерти, как и у жизни, есть конкретный автор и, вполне возможно, в обоих случаях постарался один и тот же персонаж. Хотя не исключено и то, что авторы у жизни и смерти все-таки разные. При этом они пребывают в противостоянии, которое, впрочем, не означает, что ничего общего у них нет. Наоборот, это противостояние, и больше того — противоборство, являет собой диалектическое единство в его совершенном воплощении.

Кстати, древнегреческое «агония», вошедшее в понятном для всех значении в современные мировые языки, в буквальном переводе означает «борьба». Словом «агон» древние греки называли все состязания — не важно, соревновались рапсоды, кто лучше исполнит под кифару сочинения Гомера, сходились в кулачном бою участники Олимпийских игр или боролись в теле человека жизнь и смерть…

Результатом последнего агона — какую религию не возьми — становится погибель бренной оболочки и продолжение жизни души. У христиан смерть — это и вовсе рождение в вечность. И даже самые закоренелые атеисты оставляют себе надежду на то, что дело обстоит именно так.

Вот только жаль, что такими, как при жизни, мы не будем уже никогда.

Эта книга посвящена представлениям о смерти, которые возникли и существовали на заре человеческой цивилизации. Откуда появилась смерть? Кто создал ее и зачем? Кто управляет ею и можно ли ее одолеть? И если можно — то как? И что вообще такое смерть — нелепая оплошность судьбы, которую можно исправить, или кара за прегрешения и вины, которые не искупить никак и никогда?

С тех пор как человек обрел разум, он ищет ответы на эти вопросы.

И может быть, только этим он отличается от животного.

Что было раньше: жизнь или смерть?

В противостоянии жизни и смерти только одно, казалось бы, не должно вызывать сомнений: жизнь появилась раньше смерти. На ничтожное мгновение — но раньше. Иное трудно представить хотя бы потому, что для того, чтобы умереть, надо сначала родиться.

Однако не все так просто. Многих мифотворцев — а они-то и есть настоящие авторы древней истории смерти — препятствия не испугали, и в их трудах смерть предшествует жизни. Дескать, все сначала было неживым и даже пребывало в состоянии хаоса, но демиург позаботился о том, чтобы возникло нечто — земля и вода, к примеру, — а затем, посредством оживления мертвого, и перволюди.

В этом рассуждении тоже есть своя логика. Поэтому, дабы избежать сползания в спор, что было раньше, яйцо или курица, мы оставим поиск ответа на этот сложный вопрос кому-нибудь другому. А сами всего лишь определимся с точкой отсчета, которая существенна в любом деле.

Представляется, что для нас такой точкой может быть начало миросозидания. При этом не имеет значения, что — хаос, мертвая материя или абсолютная пустота — наличествовало в пространстве на тот момент, когда заскучавший демиург надумал соорудить что-нибудь этакое. Важно другое — каков был первый шаг демиурга. И да наполнятся сердца человеческие гордостью — нельзя не отметить, что во многих мифологиях миросозидание начинается не с тверди, океанов и небес с облаками, а с бессмертного первочеловека, очень часто наделенного от божества широкими полномочиями по оживлению или сотворению всего и вся.

Никого не должно удивлять, что этот первочеловек нечасто похож на собственно человека — он может быть полу-пресмыкающимся, полуптицей, полумлекопитающим и даже полубамбуком. В конце концов почти всегда это опытный образец, не пошедший в серию, для изготовления которого применялись в порядке эксперимента самые невероятные материалы — от естественных в такой ситуации костей и мяса до воска, масла, травы, рыбьей чешуи, золота и экскрементов. К тому же зооморфные и прочие, не всегда даже понятно какие, черты в облике и образе мышления первочеловека компенсировало то, что ко всем прочим своим «полу-» он, случалось, был еще и полубогом или даже полноправным божеством, как, скажем, рожденный от луча звезды и луны китайский Чжуаньсюй. А божественная составляющая сильно меняет дело.

Случалось и такое, что в качестве первочеловека выступало бессмертное божество, которое на самолично созданной земле начинало активно плодиться и размножаться — иногда способом, обычным для человека, предварительно создав себе женщину (или, реже, мужчину, если божество женщина), иногда — вегетативно, а иногда — вступая в противоестественную связь с животными, растениями, горными породами и вообще со всем, что попадается на пути. Но как бы то ни было, в результате его бурной деятельности и беспорядочных интимных связей зарождалось человечество или, по крайней мере, один народ, люди которого на первых порах, за редким исключением, понятия не имели, что же это за штука такая — смерть.

Из всего этого следует, что применительно к человеку жизнь все-таки первична. И в дальнейшем мы примем это за аксиому. Что же касается смерти, то она, надо полагать, явилась всего лишь ответным шагом на появление жизни, ибо мир симметричен и все в нем должно уравновешиваться.

Смерть как фундамент мироздания

Справедливости ради скажем, что смерть, хотя и возникла позже жизни, непостижимым образом, согласно многим мифологиям, оказалась необходима для запуска механизма всего сущего. Поясним эту запутанную ситуацию на примере, бросив взгляд на географически близкую нам Скандинавию.

Здешний первочеловек Имир, или, как его еще называют, Аургельмир, образовался изольда. Под левой рукой Имира из его пота возникли мужчина и женщина, от которых произошли все германо-скандинавские народы, а ноги, совокупившись друг с другом — далее мы и не про такое узнаем! — зачали прародителя великанов-ётунов шестиголового Трудгельмира, потомком которого является бог хитрости и обмана Локи. Но знаменит Имир все-таки не родством с Локи, а тем, что после смерти его расчлененное тело стало материалом для сооружения Скандинавии: из мяса получилась суша, из крови — вода, из костей и зубов — горы, из черепа — небесный свод, из волос — лес, из мозга — облака. В общем, безотходное производство…

Что важно, смерть Имира от рук богов-асов оказалась явлением единичным, и с точки зрения статистики на нее следует закрыть глаза. А если не принимать ее в расчет, то можно утверждать, что бессмертие до определенного момента правило бал в скандинавских пределах. Умирать скандинавы — боги и вслед за ними люди — начали значительно позже, и мы это событие ни в коем случае не обойдем стороной.

Похожая судьба постигла индийского Пурушу, которого, правда, можно назвать первочеловеком лишь с изрядной натяжкой, зацепившись за то, что с санскрита его имя переводится прежде всего как «человек» и «мужчина». Но если Имир преобразовался в Скандинавию (и не более того), то из Пуруши, согласно индуистской мифологии, была создана ни много ни мало вся вселенная. Масштаб, прямо скажем, поражает.

По другой версии, бытующей у индийцев, исповедующих индуизм, вселенная развилась из плававшего в хаосе брахманды — золотого яйца, в которое превратилось семя четырехголового и четырехрукого Брахмы. Так вот, Брахма не только пожертвовал свое семя, но и мысленным усилием преобразовал яйцо в небо и землю, раздвинул их и немало способствовал тому, чтобы в образовавшемся между ними пространстве сформировались и начали автономное существование основные атрибуты мироздания.

Не обошлось без яйца и в китайском варианте появления всего сущего. Китайский первочеловек Пань-гу появился на свет в смутное время, когда макрокосм походил на куриное яйцо и ничего, кроме этого яйца, не существовало. Да и само это яйцо, возможно, только для того и возникло, чтобы в нем зародился Пань-гу. Поначалу он имел облик собаки, но затем очеловечился, и только голова так и осталась собачьей.

Пань-гу рос с неимоверной скоростью — на один чжан (около трех метров) в день — и за относительно небольшой по космическим меркам срок вымахал до 90 тысяч ли, что составляет примерно 45 тысяч километров. При таком росте не вызывает удивления, что, взяв зубило и топор, он без посторонней помощи сумел отделить небо от земли. Однако эта работа так утомила гиганта, что он упал и умер.

Впрочем, главную пользу Пань-гу принес после смерти: его плоть стала плодородной почвой, кровь — реками, вены и жилы — дорогами, по которым незамедлительно принялись сновать китайцы (откуда они взялись, см. в конце абзаца), левый глаз превратился в солнце, правый — в луну, прическа и усы — в созвездия, а волосы в других местах тела — в деревья и травы, руки и ноги сделались четырьмя сторонами света, пальцы и кое-какие другие части тела — горами, зубы и кости — золотыми россыпями и драгоценными камнями, костный мозг — жемчугом и не .

Источник:

knigogid.ru

Петров В. Древняя История Смерти в городе Москва

В нашем каталоге вы можете найти Петров В. Древняя История Смерти по доступной стоимости, сравнить цены, а также изучить похожие книги в категории Эзотерика. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Доставка производится в любой город РФ, например: Москва, Челябинск, Волгоград.